Шел дождь. Мы вышли из автобуса и оказались напротив КПП Уссурийского суворовского военного училища. Сквозь решетку ворот была видна широкая аллея, ведущая в глубину основы основ военной карьеры. Взгляд попал на аккуратно подстриженный газон, белоснежный бордюр, подстриженные деревья. Все это производило впечатление общего порядка и дисциплины.
— Сыночка, ты себя хорошо веди, — давала наставления мама. — Про еду не забудь, все нужно съесть сегодня, иначе пропадет. Через несколько дней мы приедем.
— Хорошо, мамуля, не забуду. Ну все, я пошел, — я взял в руки сумки с одеждой и едой, заботливо приготовленной мамой.
— Удачи, сынок! Будет возможность, позвони.
Пройдя через КПП я очутился на территории училища. Там меня и других абитуриентов собрали в организованную толпу и строем повели в казарму, которая напоминала муравейник: сотни мальчишек с сумками, в разноцветной одежде, настороженных и испуганных, стояли на улице перед казармой, шныряли внутри. Отовсюду слышался шум, топот, звук раскрывающихся пакетов, сумок, мальчишечий хохот и команды дневального.
На первом же построении строгий командир приказал в течение суток уничтожить все съестные припасы, назначил заместителей командиров взводов из числа ребят-абитуриентов. Ими стали самые большие по размеру мальчишки. Я в их число не входил.